Кэль
«Но если право любить - показатель двуличности, Дай же мне тысячу лиц.» ©
Господь Бог разговаривает с нами через пьяных. А пьяные говорят о любви.

ГУСТАВ. <...> Любовь это то, что ты хочешь счастья, Лора. Мы все этого хотим, потому что мы все несчастны, и мы ищем этого счастья и мы прикасаемся к нему насколько это возможно. Когда ребенок смотрит на мороженное он его любит, Лора, это тоже вид любви, Лора. И когда твой отец смотрит на кружку пива, это тоже вид любви, Лора. И когда ты спала с Карлом, это был тоже вид любви, потому что ты хотела счастья, Лора. И когда ты сейчас хочешь идти домой, потому что ты устала, ты тоже хочешь счастья, дорогая моя. Ты хочешь быть счастливой, Лора и это так понятно. Но счастье не в мороженом и не в пиве, и даже не в Карле, Лора.
ЛОРА. А в чем, Густав?
ГУСТАВ. В том, чтобы разглядеть эту ебаную жемчужину, под этим толстым слоем мирового говна, Лора.
(Иван Вырыпаев “Пьяные” [Глобус])
Никита Сарычев - моя глобусовская любовь.

***

Идёшь так по ночному городу, с красной помадой и растрёпанными волосами, вокруг снег, но не холодно, и тебя немного качает из стороны в сторону то ли из-за вина, то ли из-за неровной дороги, на которую не смотришь. И хочется то ли плакать, то ли смеяться. И представляешь себя, как будто видишь со стороны, как в фильме. И где-то там вдалеке ждут титры. Или какой-то поворот судьбы. Но, скорее всего, и это более вероятно, всё же титры...
А потом просто берешь и падаешь в снег, не случайно, а очень даже специально. И делаешь снежного ангела. И лежишь там, лежишь. И совсем не хочется вставать. И буквально всем телом чувствуешь, как по небу над головой бегут те самые невидимые титры.

@темы: мой мир - театр, привет из реала, мысли в моей голове, жзн бл, (ц)итаты